«В прокуратуру заявление лично от меня», — это комментарий жительницы Боровска под антивоенным рисунком в соцсети художника Владимира Овчинникова...
«Я физически ощущаю, насколько опасность вот просто стоит за спиной». Псковский оппозиционер, политик Лев Шлосберг и его жена были обвинены и...
«Моя работа сейчас во многом терапевтическая. Я теперь своего рода “военврач”». Публицист, писатель и драматург Виктор Шендерович — о...
Они поженились накануне войны: русскоговорящий журналист Леонид и украинская журналистка Светлана. Сейчас они в Берлине. И оба очень хотят домой, в...
Основатель moloko plus Павел Никулин о журналистике в России «Свалить — значит дезертировать», — так отвечает на вопрос о возможной эмиграции...
Это продолжение большой истории о том, как бизнесмен из Москвы получил 18 лет за контрабанду, которой не было, как его жена «достучалась до...
«Если бы я сейчас находился в России, то я бы, конечно, уже сидел». Бизнесмену Олегу Рощину повезло как минимум трижды. С президентом, с соседом по...
«Первую писульку из Луховицкого суда мы получили еще в ноябре. Луховицы — чуть ли не самый отдаленный город Подмосковья. Наш адвокат ехала туда 3 с...
Секс-работники и секс-работницы, правозащитники, употребляющие наркотики, небольшое сообщество единомышленников, которое смогло правильно повлиять на...
«У нас не было ни воды, ни еды. И дышать было нечем…», – Ханна, узница камеры №18. «Еще там, на Окрестина, мы приняли решение, что когда...
