Анна Каретникова — о работе во ФСИН, унижении Пригожиным и необходимости тюрем в России
«Когда ситуация стала для меня угрожающей, меня предупредили, как мы и договаривались. Потом меня вызвали на допрос. С чем это было связано, я не знаю. После этого меня не пустили в ”Матросскую тишину“ на работу. И я уехала. Удивительно, что мне дали столько проработать — шесть лет. Я думала, что это закончится намного раньше»
«Для меня желание наших подопечных отправиться на фронт стало большой печалью. Казалось, что у них должна развиться эмпатия. Понятно, что они не хотят отбывать сроки. Но энтузиазм, с которым заключённые писали нам с просьбами отправить их на фронт — видеть это было тяжело»
Можно ли было изменить Россию изнутри?
Стоило ли работать во ФСИН, чтобы спасти десятки заключённых?
Что будет происходить с исправительной системой, униженной Пригожиным, и как она должна работать в нормальных условиях?
Глава «Руси сидящей» Ольга Романова беседует с правозащитницей Анной Каретниковой.
